1910-е
Станция Жанибек, Букеевская степь. Белая лошадь у юрты.
Степь, поезд, снег
Роман-хроника
Семейная сага от юрты в Букеевской степи до служебной «Волги» в Караганде
↓
О чём эта книга
Голубоглазая казашка
Салима — дочь волостного муллы, ногайская казашка с голубыми глазами и рыжеватыми волосами. Станция Жанибек, Букеевская степь, 1910-е годы.
Кудрявый сын купца
Ишат — тёмноглазый кудрявый сын степного купца, грамотный на арабском и русском в шестнадцать лет. На один век вперёд — вся его жизнь.
Они сбежали на товарном поезде в Сталинград. Пережили коллективизацию, забрали родителей из умирающей степи. Он поднимался по банковской линии. Она шила варежки и учила русский алфавит на ликбезе. В Шымкенте у них был дом с абрикосовым садом, дети, будущее.
Потом друг написал донос. Чёрный воронок приехал ночью. Печорлаг. И жена — поехала за мужем.
Это история о том, как люди падают — с юрты в вагон, из банка в лагерь, со второго этажа в сугроб — и не разбиваются.
Век одной семьи
1920-е
Побег на товарном поезде. Сталинград. Варежки и ликбез.
1930-е
Коллективизация. Шымкент. Абрикосовый сад. Банк. Донос.
1940–50-е
Печора. Лагерь. Ссылка. Сугробы, ёлки, пианино, огромный кот.
1950–60-е
Караганда. Главстрой. Ленина, 1. Лыжи. Кружки. Людка Дукач.
1960–70-е
Дети разлетелись. Алматы, Жезказган, консерватория. Гитара у озера.
Как это написано
Часть первая — Белая лошадь
Букеевская степь — особая земля. Здесь, между Волгой и Уралом, Букей-хан основал Внутреннюю орду в начале XIX века, и с тех пор здесь жили по своим законам: ногайские казахи, потомки кочевников, смешавшие в крови тюркское и кипчакское, — светлее, скуластее, с глазами, в которых иногда вспыхивал неожиданный голубой или зелёный.
Часть четвёртая — Печора
О том, что там было, он не рассказал никогда. Ни слова. Ни разу. Ни жене, ни детям, ни внукам. Молчание — полное, каменное, непроницаемое. Единственное, что говорило за него, — руки. После лагеря кожа на его руках была покрыта экземой — красная, потрескавшаяся, шелушащаяся. Это было единственное свидетельство, которое Ишат не мог скрыть.
Часть седьмая — Противоположности
Его отец был полковником НКВД. Того самого, чей «чёрный воронок» приезжал ночью к дому с абрикосовым садом. Зухра — дочь репрессированных. Он — сын репрессировавших. Но озеро было тёплое. И гитара звучала. И степь вокруг была та же самая степь, которая помнила всё — и кочевья, и поезда, и лагеря, и любовь — и не делала между ними разницы.
Для кого эта книга
Тем, у кого есть бабушка, которая рассказывала истории, — и тем, у кого уже нет. Тем, кто знает слово «ашаршылық» и тем, кто не знает, но чувствует, что должен.
- Тем, кто вырос в Караганде, Алматы, Жезказгане — или мечтал оттуда уехать
- Тем, кто любит семейные саги, где за каждой строчкой — настоящая жизнь
- Тем, кто ценит литературный текст, а не справочник или мемуар
- Тем, кому близка русскоязычная проза о России XX века
Русский язык, электронный формат, ~40 минут чтения.
Получить книгу
Степь, поезд, снег
Полный текст — 7 частей, 20 глав
5 000 ₸
электронная книга
Или напрямую:
Kaspi перевод — укажите «Книга» в комментарии.
После оплаты пришлём файл в WhatsApp на этот же номер.
«Потому что в этой семье не разбиваются»
